Владимир Путин годами удерживает беспокойную "периферию" России через личные договоренности с двумя фигурами — главой Чечни Рамзаном Кадыровым и белорусским правителем Александром Лукашенко. Схема проста: деньги и защита в обмен на лояльность и услуги. Теперь оба болеют — и это способно пошатнуть всю конструкцию.
Как передает "Хвиля", об этом пишет обозреватель The Times.
В этих сделках у каждого своя роль. Кадыров подавляет радикализм в Чечне, а Лукашенко превратил Беларусь в плацдарм против Украины и барьер для расширения НАТО. Пока система работала, Кремль мог не оглядываться на юг и запад.
Но сейчас циркулируют сообщения о тяжелой болезни Кадырова — и о стремительном продвижении его сыновей на высокие посты. Издание отмечает, что смерть чеченского лидера почти наверняка вызвала бы вакуум власти. Вооруженные кланы сцепились бы за миллиардные дотации из Москвы, а это означало бы дестабилизацию юга России в разгар войны.
Лукашенко, который тоже нездоров, пытается выстроить "управляемую" передачу власти с личными гарантиями для себя. Проблема в том, что его падение лишило бы Беларусь кремлевского "зонтика".
The Times обращает внимание и на сигнал из Киева: признание Светланы Тихановской лидером белорусской оппозиции. По мнению автора, это намекает на возможный конец триады Путин — Лукашенко — Кадыров.
Тем временем в самой Москве все заметнее усталость от войны. ФСБ ограничивает интернет, а в разговорах снова всплывает слово "застой". Сети покровительства рушатся, ключевые вассалы болеют — и сам Путин, который когда-то обещал покончить с хаосом, в формулировке The Times все больше напоминает "больного человека Европы".
