Российский диктатор Владимир Путин маниакально повышает уровень своей безопасности, строя бункеры везде, где есть такая возможность. Об этом во время чата на Главреде заявила экс-депутат Госдумы РФ Мария Максакова.
По ее словам, в 2026 году масштаб подземного строительства достиг невероятных пределов — секретными объектами испещрен буквально весь периметр страны. Диктатор не остановился даже перед сложными природными условиями: бункер вырыт даже под Константиновским дворцом в Санкт-Петербурге, несмотря на близость Балтики и риск подтопления.
Обслуживанием таких специфических объектов занимается губернатор Беглов, чей основной профиль как раз связан с тоннелями и подземными коммуникациями.
Затраты на эти «норы» поражают воображение и ложатся тяжким бременем на российскую экономику. Например, для строительства объекта на Алтае прокладывали широкополосные магистрали, стоимость одного километра которых была сопоставима с годовым бюджетом всего края.
На месте открывали целые заводы, работавшие исключительно на нужды путинских убежищ. Это происходит на фоне общего обнищания населения и деградации инфраструктуры, но личная безопасность диктатора остается приоритетом номер один для государственной машины.
Максакова считает, что такой патологический страх вызван осознанием Путиным тяжести своих преступлений. В частности, речь идет о восстановлении лаборатории ядов, которая была официально закрыта еще при Ельцине. Диктатор, по словам экс-депутата, лично курировал разработку отравляющих веществ и планирование массовых убийств по всему миру. Теперь он подозревает всех в ответном желании ликвидировать его самого, поэтому бункеры появляются под каждой его резиденцией как грибы после дождя.
Однако бетонные стены и глубокие шахты могут оказаться иллюзорной защитой. Максакова напомнила о блестящей операции израильской армии против лидера «Хезболлы» Хасана Насраллы, который тоже считал свой бункер неуязвимым.
Креативный подход и современные технологии позволяют достать цель даже на большой глубине. Таким образом, тотальное зарывание в землю лишь подчеркивает слабость и изоляцию российского режима в 2026 году, но не гарантирует Путину спасения от неизбежной ответственности.
